4.1 тыс.
23 июля 2022

В города ВКО стали всё в большем количестве проникать синтетические наркотики

По данным управления по противодействию наркопреступности ДП ВКО, еще в 2017 – 2018 годах по области изымалось не более 50 граммов в год синтетических наркотиков. С начала нынешнего года изъяли уже три килограмма. Наркологи твердят о сочетанном употреблении, когда зависимые в массе переходят с привычных каннабиоидов и алкоголя на "скорость" и мефедрон. Откуда грозит обществу очередная напасть и есть ли от нее средство, разбирался корреспондент YK-news.kz.

Я наркоман, мама

Стас (здесь и далее имена изменены) с детства был весьма замкнутым ребенком. Когда его сверстники дрались и гоняли мяч на улице, парень сидел за компьютером, разделяя свою любовь к виртуальному миру с немногими друзьями — точно такими же домоседами, вооруженными клавиатурой и мышью.

Окончив школу, Стас поступил на факультет местного вуза, где готовили IT-специалистов. Учась и одновременно создавая программы для местного НИИ, юноша легко преодолел университетскую программу и защитил диплом специалиста на "отлично". После нескольких лет работы в Усть-Каменогорске Стаса заметили в крупной зарубежной фирме, создающей программное обеспечение для финансовых организаций. И молодой человек отправился применять свои выдающиеся навыки за границу.

За несколько лет ему удалось закрепиться в фирме, получить несколько повышений и наград за безупречный труд. В личной жизни также все стало налаживаться: после первого неудачного брака, наконец, нашлась милая девушка, пожелавшая разделить его одиночество. Мать Стаса радовалась, глядя на то, как взрослеет и адаптируется к жизни ее сын.

Но недавно случилось страшное. Мама позвонила Стасу, обеспокоенная его долгим молчанием, и он буквально сбил ее с ног, прорыдав в трубку: "Мама, я наркоман".

После долгих разговоров по телефону женщина узнала, что личная жизнь сына опять дала трещину. После крупной ссоры гражданская жена Стаса Марина уехала от него.

Стараясь заглушить работой боль от расставания с любимой женщиной, он прочел в интернете, что есть средства, которые якобы в разы повышают работоспособность. Средство это было ему вполне по карману. Он купил его и принял. Эффект ему понравился: действительно, боль ушла. Он принял кристаллы еще несколько раз. А потом был дебош на работе, о котором он мало что мог вспомнить, а затем — и на съемной квартире, на глазах у соседей.

Охваченный стыдом и испуганный собственным состоянием, он несколько дней не выходил на улицу. А потом позвонила мать — и его словно прорвало.

Через несколько дней он купил билет в родной Усть-Каменогорск и приехал с твердым намерением вылечиться. В этом его поддержала семья. Сейчас он вернулся на работу, проходит лечение у психотерапевта, но шрамы остались: у Стаса жесточайшие нарушения сна и депрессия. В данный момент молодой человек не испытывает желания принять мефедрон или какие-нибудь другие наркотики, но лечащий врач предупредил: бывших наркоманов не бывает.

Трудный враг

— У нас в международной классификации психиатрических и наркологических заболеваний код F15 носят психические и поведенческие расстройства, вызванные употреблением синтетических стимуляторов, — рассказал врач-нарколог Центра психического здоровья (ЦПС) ВКО Алишер Слямбеков. — Мы сталкиваемся в нашем городе, в нашей практике с такими синтетическими стимуляторами, как "скорость" и мефедрон. У нас состоят на учете около трех тысяч алко- и наркозависимых, из них только 35 — с диагнозом F15. Но есть также  рубрика "сочетанное употребление", куда вносятся пациенты, употребляющие синтетические стимуляторы и опиоиды или их же и алкоголь.

При этом нарколог подчеркнул, что на самом деле эти цифры реальности не отражают, потому что многие предпочитают лечиться в частных клиниках, анонимно, и не попадают в поле зрения официальной статистики.

— Синтетический наркотик создан искусственным путем, а не из природного сырья, как опиоиды или каннабиоиды, — поясняет Алишер Слямбекович. — Синтетика отличается тем, что привыкание развивается намного быстрее. Психическая зависимость возникает уже с первого употребления. Кроме того, его трудно выявить. Наши наркологические тесты, основанные на анализе мочи, не определяют вещества этого ряда. Эти стимуляторы неспроста называются дизайнерскими. Это значит, что состав этого наркотика случайным образом меняется, обходя перечень запрещенных веществ, существующий в нашем здравоохранении. Отсюда и тесты не успевают изготавливаться для выявления этих веществ.

Если сравнивать с опиоидами, чреватыми синдромом абстиненции, или в просторечии — ломкой, синтетика такого эффекта не имеет. Но куда опаснее психическая зависимость от дурмана. По словам врачей, та же "скорость" вызывает мгновенный выплеск в кровь огромного количества так называемых гормонов радости — серотонина, дофамина и окситоцина. Но беда в том, что при долговременном употреблении организм теряет способность продуцировать их без стимулятора. И ценой недолговременной эйфории становятся психические расстройства: нарушение сна, галлюцинации, депрессивный психоз, в крайних проявлениях приводящий к паранойе. Употребление любого психоактивного вещества опасно летальным исходом. Но у синтетических наркотиков свои особенности.

— Пациенты под синтетикой больше всего напоминают детей-маугли, воспитанных животными, — комментирует доктор Слямбеков. — На вопросы отвечают через раз, поведение не похоже на человеческое. Кроме того, это чревато патологиями разных внутренних органов, в первую очередь — мозга. Быстро возникает слабоумие. Синтетические наркотики его ускоряют в несколько раз. А под стимуляторами человек способен спрыгнуть с крыши или лечь под колеса проезжающей машины.

Бросить принимать синтетику самостоятельно практически невозможно. Со слов сотрудников ЦПС ВКО, чаще всего зависимых к ним на излечение приводят родные, уставшие от их неадекватного поведения и постоянных краж домашнего имущества в попытках найти средства на дозу. К тому же закодироваться, как от алкоголя, от дизайнерских "штучек" нельзя — слишком часто меняются их компоненты. В ЦПС помогут снять острое состояние, а дальше — долгая и упорная работа с психотерапевтом.

— У меня был один случай самостоятельного излечения, — вспоминает Алишер Слямбекович. — Молодой человек 25 лет. С целью познать что-то новое попробовал "скорость". Начинал с курения, потом перешел на внутривенные инъекции. Сюда поступил в сопровождении родных, потому что сам не мог отказаться от наркотиков. Здесь пролечился две недели. После курса активного лечения вышел под диспансерное наблюдение в течение года. Ежемесячно приходил, сдавал тесты и в конце концов снялся с учета. Вот он, наверное, сам решил, что ему это не нужно. Но этот случай был единичным.

Отрава из Сети

По данным управления по противодействию наркопреступности ДП ВКО, с начала 2022 года расследовано более двадцати дел, связанных с незаконным оборотом синтетических наркотиков. Задержано два десятка человек, из незаконного оборота изъято почти три килограмма синтетических наркотиков.

— Согласно проведенному нами анализу, количество фактов распространения и употребления синтетических наркотиков растет, — констатирует заместитель начальника управления по противодействию нар­копреступности Руслан Кошкинчинов. — Сейчас на территории области отсутствует героин, из-за этого все наркозависимые лица, которые его употребляли, переходят на "α-PVP", который народ называет "скоростью", и мефедрон. Еще это обусловлено более дешевой ценой на синтетику, а следовательно, этот наркотик более доступный. К тому же считается, что риск того, что распространитель будет пойман, очень мал. Оттого что сбытчики пользуются методом закладки: нар­копотребитель и сбытчик напрямую не пересекаются.

Информацию о закладках потребитель получает по интернету, а деньги переводятся через различные электронные платежные средства: электронные кошельки, приложения и тому подобное.

Тревожит тот факт, что в сбыт синтетических наркотиков активно вовлекается молодежь. Ребята находят эту работу через интернет. Как правило, им обещают хорошую заработную плату, получить которую можно, приложив минимум усилий.

— Эти объявления размещаются в основном в социальных сетях: VK, на платформе OLX, — перечисляет Руслан Кошкинчинов. — Есть такая функция у айфонов — I-message. Похоже на SMS-сообщения, но поддерживается только айфонами. Их особенность в том, что они не привязываются к номеру телефона. Просто создается однодневный аккаунт, от имени которого рассылаются сообщения. Вычислить практически невозможно, потому что этот почтовый ящик ликвидируется через день-два.

У распространителей наркотиков есть особая структура, включающая вербовщиков, которые нанимают непосредственных исполнителей — закладчиков. Когда вербовщик находит такого человека, то передает информацию другому своему подельнику, который дальше уже "оформляет" работника как закладчика или фасовщика. Также у организации имеются склады. И их контролирует, как правило, один человек — куратор.  В основном члены этой структуры общаются в защищенных мессенджерах, получая указания, где сделать очередную закладку.

— Их делают в основном в городах, — рассказывает подполковник Кошкинчинов. — Еще года два – три назад орудовали в центре города, но теперь на улицах много камер, поэтому распространители перешли на закладки в малолюдных местах, где маловероятно попасть на видео.

Стражи порядка в технологическом плане тоже не стоят на месте. Помимо постоянного видеомониторинга, в управлении по противодействию наркопреступности работают и с опасным интернет-контентом.

— Сейчас в наших подразделениях есть специальные группы, которые занимаются IT-технологиями, — информирует подполковник. — В них набираются специалисты с соответствующим образованием. Также у нас на вооружении имеется программа "Кибернадзор". Мы мониторим социальные сети и, если обнаруживаем контент, направленный на распространение наркотиков, то блокируем его. К примеру, подозрительные объявления на OLX и других ресурсах.

Согласно имеющейся у полиции информации, на территорию ВКО синтетические наркотики поступают из других регионов Казахстана. В прошлом году специалисты управления ликвидировали нарколабораторию, которая находилась на территории Алматинской области.

— Производством синтетики занималась целая семья, — подтверждает Руслан Кошкинчинов. — Продукцию отправляли в Восточный Казахстан под видом безобидной посылки с автозапчастями: двигателями, коробками передач, редукторами. А внутри были тайники с наркотиками.

Еще один пример оперативной работы — задержание распространителя "скорости" из Семея. Мужчина на протяжении определенного времени распределял дурман по закладкам, разъезжая по городу на собственном авто. На заднее стекло машины наркодилер укрепил сотовый телефон с включенной камерой. Когда он передвигался по городу, камера снимала задний обзор. Потом он просматривал эти записи, чтобы вычислить следящие за ним машины полицейских. Но все равно был задержан и в настоящее время уже осужден.  

Есть еще один немаловажный фактор, внушающий надежду на то, что с дизайнерскими наркотиками можно бороться успешно. В последние годы в уголовное законодательство внесли изменения, на основании которых синтетические наркотики приравняли к героину, продажа которого в количестве 1 грамма и выше — это уже особо крупный размер. И теперь за это человек несет уголовную ответственность. Санкция статьи 297 УК РК предусматривает от 10 лет лишения свободы.

— Я хотел бы обратиться к родителям, чтобы они контролировали пользование социальными сетями со стороны их ребенка, — резюмировал Руслан Нурланович. — В основном наша молодежь знает, что наркотики — это зло. Но знать и понимать — это большая разница. Когда их вербуют в закладчики, они руководствуются тем, что будут иметь на руках определенную сумму. Они думают: мама зарабатывает до 300 тысяч тенге в месяц, а я могу это за две недели заработать, не напрягаясь. Только в прошлом году мы задержали двоих несовершеннолетних сбытчиков. Один из них прибыл из Алматинской области, а другой — житель Риддера. Он сюда приехал на учебу и нашел себе незаконную подработку. В погоне за легкими деньгами они забывают о своем будущем.

Мира Круль