3.8 тыс.
24 сентября 2022

В Усть-Каменогорске по-прежнему остаётся актуальной проблема попрошайничества

Люди, просящие милостыню, — привычное явление для областного центра. Их можно встретить у рынков, магазинов, в других общественных местах. Кто-то просит деньги на еду, кто-то на лекарства, ссылаясь на проблемы со здоровьем и отсутствие иной возможности заработать. Корреспондент YK-news.kz попытался разобраться, действительно ли такие люди нуждаются в помощи со стороны, какую поддержку лучше им оказывать и как помочь, чтобы не навредить.

Вынудили обстоятельства?

Юрию, как представился нам мужчина, по его словам, 66 лет. Каждый день он выходит на улицу и сидит с протянутой рукой в надежде на подаяние.

— Я так подрабатываю, — признается пожилой человек. — А что мне, слепому, остается? Жить-то как-то надо, сейчас такие цены! Я совсем не вижу. Одного глаза нет. Раньше работал токарем, там и получил травму. На второй глаз глаукома пошла. Операции делать бесполезно. Я уже две комиссии проходил, мне дали бессрочную инвалидность. Получаю пособие — 72 тысячи тенге. На эти деньги не проживешь.

Как рассказал мужчина, когда-то он вместе с сыном жил в одном из поселков неподалеку от Усть-Каменогорска. Там они снимали жилье. Когда хозяева этого дома решили его продать, Юрий и его сын перебрались в областной центр. Здесь они также живут в съемном доме.

— С 2014 года стою в очереди на получение жилья от государства. Двигается она медленно: я был 385-й, сейчас — 270-й. Поэтому пока снимаем. За аренду ежемесячно отдаем 30 000 тенге, плюс оплачиваем коммунальные услуги, — поделился собеседник. — Сын училище окончил, официально никуда не берут, ходит на подработки. Огород у нас маленький есть. Крутимся как можем. Выхожу на улицу, тут народ: кто-то поможет, с кем-то просто поговорим. Всё не в четырех стенах сидеть.

Еще один просящий по имени Андрей уверяет: выбрать такой способ заработка его вынудила собственная беспомощность.

— Мне всего 55 лет. Ноги отказали. Три года лежал трупом, вообще вставать не мог. Сейчас хожу потихонечку. Недавно перенес операцию — из легких жидкость откачивали. Дома нет, живу где придется: то в больнице, то квартиру снимаю, то на лавочке на улице, — поведал мужчина.

На вопрос о том, пытался ли он трудоустроиться, собеседник ответил:

— Как я буду работать? Я долго стоять не могу, ноги затрясутся — могу упасть. Руки тоже плохие.

Мы поинтересовались, какую сумму ежедневно зарабатывает мужчина и на что ему хватает этих денег. Он сказал, что не считает, сколько ему подают, а все добытые средства тратит на еду.

Когда мы беседовали с Андреем, к нам подошел парень, который представился его сыном Евгением. Он рассказал, что приглядывает за отцом, пока тот просит милостыню, и следит, чтобы его никто не обижал.

— Я его охраняю, потому что шакалов хватает. Алкаши, бомжи — они у него деньги забирают. А он даже встать не может без моей помощи. Вот я рядом и нахожусь, — пояснил молодой человек. — Отец водителем был. Как-то пьяный за руль сел — у него права отобрали. Он больше ничего не умеет. Сейчас, даже если права вернут, работать не сможет: у него с алкоголем серьезные проблемы. Пьет уже десять лет, на улице сидит второй год.

По словам парня, они вместе с отцом переехали в Усть-Каменогорск из района в поисках лучшей жизни.

— В деревне что делать? Работы там нет. Мне проще жить здесь, а он без меня там точно пропадет, выплат он никаких не получает. Я сварщик, езжу по командировкам. У меня зарплата от объектов зависит: объект есть — есть зарплата. В столице два месяца пробыл, жду, когда снова позвонят. Отговаривать отца просить милостыню бесполезно, меня он не слушает, — поделился Евгений.

Наверное, у каждого, кто просит подаяние на улице, найдется в оправдание похожая история. Верить в правдивость этих рассказов или нет, каждый, кто их слышит, для себя решает сам. Факт в том, что людей, готовых помочь просящим, меньше не становится.

Стражи порядка реагируют

В управлении полиции отмечают: попрошайничество — деятельность противозаконная. Тех, кто выбрал такой способ заработка, привлекают к ответственности по статье 449 Кодекса  "Об административных правонарушениях" РК (приставание в общественных местах).

— Под эту статью, помимо людей, занимающихся попрошайничеством, подпадают также те, кто назойливо предлагает различные услуги, например, сексуального характера, гадания и другие, — пояснил начальник местной полицейской службы управления полиции Усть-Каменогорска подполковник Азамат Иманжанов. — В первый раз человек может отделаться предупреждением либо ему выпишут штраф в размере пяти МРП. За повторное совершение подобных действий (в течение года после наложения административного взыскания – прим. автора) нарушителю грозит штраф в размере 10 МРП либо арест до пяти суток.

По официальным сведениям, в прошлом году за приставание в общественных местах в областном центре привлекли к ответственности 932 человека. За восемь месяцев текущего года — уже 1160. Рост количества подобных правонарушений очевиден. Чем он может быть вызван, спросили в управлении полиции.

— Мы не анализируем причины изменения статистики. Возможно, все зависит от уровня жизни людей, — предположил Азамат Акримханович.

Он заверил: организованного преступного бизнеса, связанного с принуждением к занятию попрошайничеством, в нашем городе нет. В основном милостыню просят граждане, оказавшиеся в трудной жизненной ситуации, либо те, кто просто ленится трудиться.

— К примеру, на бульваре Гагарина ходит человек с костылями. Мы прекрасно знаем, что он в них не нуждается. Но он продолжает их использовать, чтобы манипулировать чувствами людей. Заглядывает в каждую машину, говорит, что ему плохо, просит деньги на лекарства. Вот такой способ заработка он выбрал. Мы неоднократно штрафовали этого человека, — делится Азамат Иманжанов.

Бывает, что физической беспомощностью людей пользуются их родственники, друзья и даже собутыльники.  

— Долгое время у супермаркета "Колос" подаяние просил мужчина на инвалидной коляске. Так вот его туда привозила подруга, — вспомнил еще один случай из практики полицейский.

Часто, по информации нашего собеседника, среди попрошаек встречаются люди без определенного места жительства. В их отношении у полиции выработан определенный алгоритм действий. Сначала их доставляют в приемник-распределитель для установления личности, выясняют, числится ли кто-то из них в розыске, снимают отпечатки пальцев. Затем предлагают поехать в Центр ресоциализации для людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации (находится в Бело­усовке – прим. автора). Там им предоставляют временный кров, восстанавливают документы, дают возможность вернуться к нормальной жизни.

— В большинстве случаев люди не хотят туда ехать. Они привыкли скитаться, не работать. Многие, кого мы туда отвозим, убегают и возвращаются на улицы, — озвучил проблему полицейский.

Он также добавил: иногда среди тех, кого привлекают за приставание в общественных местах, встречаются жители других регионов Казахстана. Вся информация по ним тоже тщательно отрабатывается, затем их отправляют по месту жительства.

На вопрос о том, насколько опасны люди, занимающиеся попрошайничеством, наш собеседник ответил:

— В основном они не агрессивные, просто назойливые. Некоторые вообще молчаливые, сидят тихонько. Как такового физического вреда они окружающим не приносят, но их состояние, вид, оскорбляющий человеческое достоинство, запах, который от них исходит, вызывают неприятные эмоции у граждан, — подчеркивает полицейский. — Горожане жалуются, и мы реагируем. Стараемся убрать таких людей с общественных мест. Если человек трудоспособный, пытаемся помочь ему с работой. Через Центр занятости устраиваем, например, убирать дворы, мыть подъезды. Но они, как правило, несколько дней поработают, а потом опять возвращаются к прежнему образу жизни.

Помогая, проверяй

О том, что далеко не все просящие милостыню готовы принять предложения о трудоустройстве, подтверждают и волонтеры.

— Основная масса этих людей — могут, но не хотят работать. Они привыкли к своему, более легкому заработку. Мы предлагаем им различные варианты подработки, но они отказываются. Им нравится их жизнь, — уверена директор Общественного фонда волонтерского движения "Творим добро вместе" Татьяна Беркман.

Те, кому действительно требуется помощь, по словам нашей собеседницы, среди попрошаек встречаются реже.

— Недавно был случай. Детдомовская женщина лет тридцати, ребенку — девять месяцев. Квартира съемная, пособия на жизнь не хватает. Ребенка кормить надо: она его на руки — и к магазину. Постоит — ей денег дадут. На них она покупала подгузники и молоко. Когда мы такие семьи обнаруживаем, стараемся активизироваться. Этой женщине мы нашли работу, жилье бесплатное, помогли с получением смесей, — вспоминает Татьяна Ирачевна. — Еще есть бабушка, она у остановки "Дворец спорта" стояла. Оказывается, ее туда дети отправляли. А когда эта бабушка не смогла приносить деньги — заболела онкологией, — дети ее бросили. Ей мы помогли с продуктами.

Но бывает и так, что финансовую поддержку просят те, кто в ней совсем не нуждается.

— По городу ходит женщина с детьми: то с одним ребенком, то с другим. Она имела неосторожность дать нам адрес, и мы к ней приехали. Оказалось, что у нее все прекрасно: живет в шикарном доме, обставленном бытовой техникой последних моделей, с отличным ремонтом. Она превратила попрошайничество в бизнес. Мало того что просит милостыню сама, так еще и детей этому учит! — возмущается собеседница.

Она отмечает: проверка — обязательный этап в деятельности волонтеров. Прежде чем помочь просящим, они выясняют, действительно ли им нужна поддержка со стороны: посещают этих людей по месту проживания, разговаривают с соседями и так далее.

— Еще один принципиальный момент — мы никогда не даем денег. Можем купить продукты, лекарства, вещи, оказать иную помощь. Но только единоразово. К хорошему, как известно, люди быстро привыкают, начинают пользоваться ситуацией, садятся на шею. Мы не хотим потворствовать попрошайничеству и плодить иждивенчество. Наша задача — помочь в трудный момент. Как говорится, дать удочку, а рыбку они должны ловить сами, — озвучивает позицию Общественного фонда волонтерского движения "Творим добро вместе" Татьяна Беркман.

Она предупреждает: сейчас попрошайничество развито и в интернет-пространстве. В соцсетях часто можно увидеть посты с просьбой помочь с покупкой продуктов, лекарств, смесей и подгузников для детей. Людям предлагается два способа: либо привезти покупки по указанному адресу, либо перевести "сколько не жалко" на номер просящего. Преимущественно люди выбирают второй вариант: и помог, и личное время не потратил.

— Как показывает практика, в основном жалостливые посты выкладывают заключенные. Они таким образом зарабатывают, сидя за решеткой. Люди, которые перевели деньги, радуются, что сделали доброе дело. А на самом деле они не добро сделали, а выкинули кровно заработанные, — подчеркивает собеседница.

Тем, кто хочет помочь просящим, причем неважно, откуда поступает запрос — из Сети или от нуждающегося, сидящего на улице, Татьяна Беркман советует действовать через волонтеров. Если же человек решился оказать поддержку самостоятельно, наша собеседница рекомендует сохранять бдительность и прежде проверять информацию.

Дарья Хацанович